Была на мне незримая броня.
Я памятовал в сутолоке быта,
Что есть отец, который ждёт меня,
Есть дом, в котором дверь всегда открыта.
Там невода, и донки, и пешня,
И инструмент, то лёгкий. то тяжёлый,
И скромный ужин трудового дня,
И старых шахмат трещины и сколы.
Прошли года. Расставили года
На кладбище, как шахматы, могилы.
Уже не возвратится никогда,
Что в ЭТОТ край из ТЕХ краёв манило.
Но крепко стали, прошлое храня,
Могильные обветренные плиты.
Есть старый дом, который ждёт меня.
В нём дверь отцом для сына не закрыта.
